Жизнь порой может казаться противоречием. Но так и должно быть. В этом нет ничего плохого, ведь одно прославляет другое и свидетельствует о нём. Она кричит и шепчет, что всё возможно. Она провозглашает, что даже в слабости мы можем быть сильными. Вы не появились сами по себе, Бог сотворил вас. Именно благодаря Ему даже те, кого мир называет глупцами, мудры. Именно благодаря Ему даже слабые сильны. Он может заставить ягнят рычать, как львы. Он может сделать то, что кажется малым, свирепым и поставить на колени великанов… и Он может призвать воинов из самых неожиданных мест. Не бойтесь, ибо следующий меч, который вы почувствуете в своих руках, будет вложен туда Богом. В этом мире есть учителя, которые попытаются научить вас им владеть, но я говорю, что вы должны черпать из более глубоких источников, чем человеческое понимание и способности. Бог — это меч и рука, которая им владеет. Не говорите, что вы слабы, ибо Бог говорит, что вы сильны. Вы увидите.
Умирает ли зло когда-нибудь, или оно постоянно перерождается в другой форме и в другое время? Вот истина… В любой момент времени все вещи потенциально могут быть злыми или добрыми. Решающей силой является выбор. Всему творению дана способность выбирать. Жизненная сила и сущность всего сущего одинаково сильны как в могучей реке, так и в журчащем ручье. Могучая река может разрушить стены и скосить все на своем пути, но дайте крошечной, постоянной капле достаточно времени, и она сможет измельчить самый твердый камень.
Вот ночь, когда большинство спит. Для тех, кто спит, она полна тайн и даже поводов для страха. Они запираются в домах, чтобы защититься от того, чего не видят, и воображают, что раз они этого не видят, то это повод для страха. Однако для других существ ночь — это время, когда они оживают. Это их плащ защиты, их щит невидимости. Это их стол, за которым они едят, и время, когда они поднимаются из своих дневных укрытий. Творец дал им глаза, чтобы видеть в темноте, а не на свету. Ночь — это не сила зла или добра. Она просто есть. Есть те, кто выбирает зло, скрываясь под покровом тьмы, и есть те, для кого ночь — это свет и место, где они могут творить добро или просто жить.
Нас окружает мощная созидательная сила Творца. Он вечно творит и никогда не прекращает Свою деятельность. Именно Он даёт всему сущность, жизнь и силу. Он подобен холсту, который выбирает художник. Выбранные Им цвета не имели бы никакого выражения, если бы не холст. Если холст чёрный, и художник выбирает чёрный цвет для написания картины, то это бессмысленная картина. Художник может объяснить, что он нарисовал то, это и ещё что-то на чёрном холсте чёрной краской, но для тех, кто смотрит на неё, это бессмысленно. Должен ли художник гневаться и проклинать зрителей за то, что они не видят того, что он нарисовал, когда именно художник должен был выбрать более светлый фон и цвета, которые контрастируют и выражают то, что он рисует яснее, чтобы все, кто видит картину, были благословлены его видением? Зло — это чёрное на чёрном. Хотя злой дух настаивает, что это красивая картина, это не так, потому что её нельзя увидеть. Так же и жизнь. Все цвета — это…» Но выбор цветов — дело за каждым из нас, и мы должны сделать это мудро.
Так неужели зло никогда по-настоящему не умирает, а лишь перерождается? Лучше спросить: а хотели бы мы чего-то другого? Не поймите меня неправильно, мы никогда не будем желать зла, но если мы лишим себя выбора, разве это тоже не зло? Если бы не было потенциала зла, то не было бы и потенциала добра. Как бы мы распознали зло, если бы не было добра? Защитники истины — истинные художники творения. Все мы потенциально являемся той силой, которая поддерживает свет на холсте, чтобы можно было распознать чёрный цвет. Мы — контраст и хранители холста. Мы — те, кто следит за тем, чтобы холст не стал чёрным на чёрном. Злодеи этого мира хотят именно этого. Они хотят закрасить холст чёрным цветом безнадежности и страха, а затем взмахнуть кистью невинных, чтобы заполнить свои кисти чёрным, пока не останется ничего, кроме кромешной тьмы и безнадежности. И велика воистину тьма, когда дети света заполняют свои кисти тьмой.
