Иисус рассказал им еще одну притчу:
– Царство Небесное как закваска, которую женщина смешала с тремя мерами муки, чтобы вскисло все тесто.
Матфея 13:33
Это притча, которая была истолкована в корне неверно: что закваска — это Евангелие, а женщина — это церковь. Церковь распространяет Евангелие по миру человечества — три меры [шестьдесят фунтов] муки. Евангелие будет действовать, как дрожжи в хлебе, до тех пор, пока Евангелие не охватит все человечество и весь мир не изменится. Тогда наступит Царство Небесное.
Хотя это самая популярная интерпретация, она абсолютно неверна! Исходя из этой интерпретации, люди думали, что церковь принесёт миру тысячелетнее царство, что Евангелие настолько проникнет в дела и мышление людей, что христианские моральные стандарты будут приняты во всем мире.
Но, слушая эту историю так, как слушала её толпа, мы видим, что интерпретация неверна. Иисус использует обычную картину из любой еврейской семьи. Все присутствующие знали, что эта женщина совершила злой, коварный поступок, спрятав закваску в муке. Трапеза — это символ общения Бога с его народом и их общения друг с другом, прекрасная картина общности жизни. Эти евреи сразу поняли, что это хлебное приношение должно быть пресным. Закваска используется на протяжении всего Ветхого Завета, но никогда не использовалась как символ чего-то хорошего. Все знали, что эта женщина не имела права добавлять закваску в это блюдо. Это разрушило бы сам смысл этого приношения, поскольку Писание учило их, что блюдо должно быть пресным.
На протяжении последующих столетий Господь видит то, что наиболее ценно для Бога в работе, которую он сам начал среди человечества, — общение Бога со Своим народом, совместное проживание жизни друг с другом и с Богом. В это замечательное общение ложные, порочные принципы привносятся теми, кто несёт ответственность за сохранение этого общения, — руководителями церкви! Именно они вносят эту закваску, разрешая её, а не исключая, как следовало бы. Те, на кого возложена ответственность за развитие братства народа Божьего, тем не менее, допускают лицемерие, формализм, обрядность, рационализм, материализм, законничество и безнравственность. Когда эти вещи проникают в церковь, они разрушают братство народа Божьего. Вот почему церкви часто становятся холодными и недружелюбными — в них нет подлинного общения. Слишком часто, по самым поверхностным представлениям, люди сидят в собрании не как члены одной семьи, а как отдельные личности, слушающие службу, но не имеющие отношения друг к другу. Это не христианство в том виде, в каком оно должно проявляться. Это не значит разделять заботы друг друга, нести бремя друг друга, признаваться друг другу в своих ошибках или молиться друг за друга, чтобы получить исцеление. Это не то великое общение, которого ищет наш Господь.
Благодарю Тебя, Отче, за прекрасный символ братства Твоего народа, данный в виде трех порций муки. Даруй мне, Господи, избавиться от закваски, чтобы сладость и красота Твоей жизни проявились в моём общении с другими людьми.
Рэй Стедман